Литературные работы
 
Окно моей фантазии. 2006г. (с) Ронда

Если вам когда- нибудь приходилось летать на самолете ночью или хотя бы просто, когда уже стемнеет, взбираться высоко-высоко над землей, то в это мгновение вы наверняка восхищались миром, что представал перед вашими глазами. И действительно, в такие минуты можно увидеть картины, заставляющие сердце радостно трепетать.
Мне посчастливилось испытать все эти чувства. Прогулка по ночному небу запомнится мне надолго. Тогда я не раз пожалела, что в дорожной сумке у меня не оказалось листка бумаги и нескольких цветных карандашей. Тогда бы я смогла, нарисовать картины ночной земли, и поделится с вами этим ощущением. Да, куда там ощущением? Хотя бы маленьким кусочком того восторга, какой посетил меня, ибо это чувство нельзя передать ни на каком листочке бумаги. Под могучими крыльями нашего самолета проплывали города и тысячи, может, даже миллионы огней. Огоньки от фар проезжавших автомобилей, блики уличный фонарей, неоновые искры рекламный плакатов и, конечно же, огни тысяч окошек. Тогда я думала, что за каждым этим огоньком скрывается чья-то уютная комнатка, чей то любимый диван. Для нас, летящих высоко в небе на самолете, эти огоньки,- просто огоньки, освещающие ночное небо, а для кого-то - это семья, дорогие люди, которые вечером собираются в одном месте и просто общаются друг с другом.
Действительно, если задуматься, ведь каждое пусть даже маленькое окошко ведет в чью–то жизнь. Это связь, связь с внешним миром. Мы просыпаемся я яркими солнечными лучами, заливающими подоконник, и ложимся спать, наблюдая за сиянием луны. Наверное, каждый знает, как приятно холодными зимними вечерами, сидя в кресле с кружкой горячего чая, завернувшись в теплое одеяло, наблюдать за разбушевавшийся пургой.
Когда два мира находятся рядом друг с другом, связывает их то самое окно. Сейчас я не говорю об окошке, как об обычном проеме в стене, который делают строители, прежде чем дать дому жизнь. У каждого человека есть свое окошечко. Это окошко его души. У кого–то оно настолько маленькое, что порой бывает даже трудно заметить, а у кого–то, такое огромное, что через него можно увидеть весь мир. А если бы их не было, если бы душа томилась в теле, неприступная и скрытая? Что тогда? Могли бы мы видеть самое прекрасное в жизни? Могли бы мы любить? На этот вопрос каждый найдет ответ сам. Но ясно одно, окошко – будь это окно в здании или дверца нашей души помогает нам лучше понимать этот мир, людей и самого себя. Поэтому не стоит закрывать их, заколачивать досками мелочных обид. Любите и цените друг друга, и когда нибудь вы обязательно загляните в чье то окошко и увидите там себя.

Фантазия поздней осенью. 2007г. (с) Ронда

Когда на город вот так запросто спускается вечер, и звезды усыпают веснушками весь небосвод, начинаешь, как -то невольно задумываться, а что же творится там? Высоко, высоко, на далеких звездах, откуда наше солнце видят, как маленький огонек.
Бывает, посещают такие мысли, и хочется даже выйти на балкон и вглядеться в чернеющую даль. Но на улице уже глубокая осень, тогда надеваешь кофту потеплей, или просто накидываешь куртку и выходишь на встречу к далеким галактикам.
С моего балкона не многое можно увидеть. Город скрывает от наших глаз неисчислимое количество интересных вещей. Вокруг стоят соседние дома, деревья, из - за них едва ли видно дорогу, не говоря уже о звездном небе. Хотя сейчас самое время любоваться пейзажами с балкона. Листья на деревьях уже полностью опали, а пушистый снежок еще не успел занять их место. Видно и соседний дом, с унылыми окошками, и проезжающие мимо машины, и как нелепо пятится назад старый автобус, а вот звезды все так же остаются недосягаемыми.
Постоишь на балконе минут пятнадцать, успеешь продрогнуть насквозь. В спешке натянутый на голое тело свитер колется и щекочет спину и руки. Забегаешь обратно в комнату, стягиваешь его и бросаешь на кровать. Здесь тепло и уютно, где то в углу тихо – тихо телевизор вещает вечерние новости, на небольшом столике кружка с чаем, а в чае кусочек лимона. Тогда садишься в кресло, берешь горячую кружку лимонного чая и слушаешь те самые вечерние новости. А за окном все так же светятся унылые окна соседнего дома, деревья покачивают голыми ветками, и мерцают звезды, рассыпанные по небу словно веснушки…

Смородиновый чай. 2007 (с)Ронда

Медный чайник стоял на раскаленной печи. В комнате было жарко и пахло свежими смородиновыми листьями. Я принесла чашку полную свежего душистого меда. Сосед держал свою пасеку, и частенько угощал нас этим вкусным лакомством. На поселок уже спустился вечер, однако дома кроме меня не было еще никого. Взрослые уехали с ночевкой на поле, что бы успеть выкопать всю картошку за три дня. А я осталась в роли замка, сторожить дом.
Чайник уже недовольно шипел, сообщая, что вода закипела, и самое время погонять чаек. В комнату бесшумно вошла черная кошка. Она уже давно живет в доме. Еще с той осени забежала к нам, да так и осталась. Кошку назвали Маркиза, и теперь она тут полноправная хозяйка.
Я осторожно сняла с печки горячий чайник и поставила на большой деревянный стол. Кроме стола и печи в небольшой комнатке приютились кресла, старая софа и телевизор, который показывал всего две программы.
На улице тем временем уже совсем стемнело, и на небо лениво выползла круглая луна. Я налила в железную кружку кипяток, бросила пару листочков смородины, для вкуса и мед вместо сахара. Кружка немножко дымила от горячего чая и испускала тонкий аромат смородины.
В конце лета на улице уже не так то жарко, тем более поздним вечером. Кое-как нашла в шкафу с одеждой теплый вязаный свитер, мне его еще бабушка вязала года два назад, с тех пор, как похолодает, обязательно его надеваю. Он теплый, совсем не колючий и пахнет полевой травой.
Взяв в руки обжигающую кружку, я вышла на веранду. Отсюда открывается шикарный вид на соседние дома и на реку. Даже в половине одиннадцатого можно видеть рыбацкие лодочки. Где-то в траве слышен стрекот кузнечиков, совсем скоро они затихнут на целых 6 зимних месяцев. Мне всегда жаль прошедшего лета. Оно проходит не заметно, вот просто заканчивается, как этот смородиновый чай в старенькой железной кружке.

Как приходит осень. 2007 (с) Ронда

Последний кленовый лист опустился на водную гладь. С каждым новым порывом ветра, деревья покачивали сырыми ветвями.
Лужи на асфальте уже превратились в маленькие моря и по ним, словно парусные лодочки покачиваются пожелтевшие листья деревьев.
С утра опять был дождь. На улице пахнет свежестью и сыростью. Деревянная лавка, выкрашенная еще в начале лета желтой краской, одиноко ютится среди окоченевших деревьев и кустов. С неё падают и разбиваются о холодную землю капельки воды.
Под старым железным карнизом птицы свили гнездо из прутиков и сухих листьев. Сейчас оно брошено, птицы улетели в теплые края и оставили свой неуютный домик. Гнездо, как и все вокруг, промокло от непогоды. Теперь из него выбиваются неровные прутья и торчат в разные стороны.
Кажется, тихий сквер вместе со мной тоскует о лете. Изредка кто-то из жильцов соседних домов, в спешке, пробежит по холодным лужам, разбрызгивая капли воды во все стороны.
Ну вот, опять пошел дождь. Осень уже отстояла у лета свои права на царствование . Теперь она гордо разбредается по своим владениям, неся с собой дожди и уныние. Однако она будет хозяйкой здесь не долго. Совсем скоро выпадет первые пушистый снежок, и придет морозная зима.
Дождь на улице усилился. Кап.. Кап… Кап… Капли воды барабанят по стеклу. Кто-то вышел из старого обшарпанного подъезда и раскрыл над собой пестрый зонтик. Среди серого пейзажа осеннего сквера он выглядит, как клякса яркой краски на старинном полотне.
Холодный дождь сопровождают резкие порывы ветра. Желтая лавочка одиноко грустит в старом сквере. В такое сумасшествие погоды никому даже в голову не придет, тихонько пройти по мокрой, от луж, дороге, сесть на продрогшую лавочку и бросить печальный взгляд на пустое гнездо…

Гранатовый сок. 2007. (С) Ронда.

Хрустальный бокал доверху наполнили алым гранатовым соком. Несколько капель сладкого напитка упали на мраморную плиту стола. Теперь они блестели и переливались на белом камне, словно крошечные осколки рубинов. В комнате было светло, но весь этот свет был какой то ненастоящий с ноткой фальши. Его лениво испускали несколько ламп, стоявшие в комнате. Сероватые стены, мраморный стол… и бокал, как казалось ей, наполненный чистой кровью. Свет пронизывал хрустальный узор его стенок, заставлял гранатовый сок переливаться и играть оттенками. Каждая его капля теперь была наполнена болью. Сколько прошло времени, сколько было прилито невинной крови? Не на один такой бокал, а на сотни, возможно даже тысячи. И никто не ценил…
Невозможно… Невозможно теперь терпеть… Капли упавшие на столешницу таинственно мерцали в искусственном свете. Сколько это будет продолжаться? Сколь еще жизней унесет эта война? Неизвестно… Теперь еще одна жертва, еще один обычный человек, но для кого то…
Этот сок… Этот чертов сок в хрустальном бокале! Что это? Дьявольское зелье? Смесь горячей крови и холодных слез? Хочешь испить его? Нет… Теперь это яд… Яд, для всех, кто потерял родных и друзей. В этой войне, битве за «ничто».
Сколько ждать? Сколько еще стирать грязными бинтами кроль с бледных окоченевших рук? Ответа нет… Зачем сейчас мучить себя глупым бессмысленным ожиданием? Сидеть здесь со связанными руками и смотреть на этот кровавый сок.
Вздох… Удар сердца… Блик фальшивого света… И опять сначала.
Капли гранатового сока… Когда же они высохнут? Когда исчезнет кровь на зеленой траве? Когда перестанут капать слезы? Когда?
Алые капли с гнусной издевкой блестели на мраморном столе… Время не шло, оно остановилось, остановилось вместе с жизнью, вместе с нервным дыханием и глухими ударами сердца. Хрустальный бокал продолжал манить к себе тех, кто не боится ядовитой крови.