Лиля, с тяжелой душой, взяла в руки тряпку и ведро. Сегодня ей предстояла небольшая миссия по обезвреживанию опасных монстров, именуемых грязью и пылью.
-Даже не думай идти гулять, пока стены будет украшать паутина. Ты обещала прибраться на чердаке, еще на прошлых выходных, а свои обещания надо держать. – Ультиматум мамы был ясен. Никак прогулок до приборки.
На дворе стоял морозный декабрь. Близился канун самого волшебного праздника в году – нового года. Лиля уже официально пошла на каникулы и теперь целыми днями развлекала себя игрой в снежки, и катанием на коньках. Но сегодня забавы придется отложить.
Лиля со своими родителями жила в собственном доме на окраине города. Дом еще некогда принадлежал её прабабке, а посему сохранил роскошь старины. Он был большой, с красной, черепичной крышей, хотя крышу, конечно, переделывали совсем не давно, старая кровля испортилась от времени. Стены дома украшала старинная резьба, а у крыльца стояла собачья будка, возрастом наверно лет 50, хотя на памяти Лили собак у них не было.
Надев старый свитер, и рваные джинсы Лиля поднялась на бедующее поле боя, то есть чердак. На первый взгляд казалось, что здесь никто не убирался с начала существования этого дома, толи бывшие жильцы не любили чистоту (Хотя по маме не скажешь, если она пошла в свою бабку), толи этот чердак, просто притягивал к себе всю грязь и мусор. Какого только хлама здесь не было: старый трельяж, со скошенными дверками, стремянка, измазанная краской, какие то коробки, не то с обувью не то с, отслужившими свое тряпками. У стены стоял одноногий стол, на нем кипа книг, сбоку старый сундук, на нем тоже книги… И теперь Лиля стояла по среди всего этого, с большим ведром и веником.
Не представляя с чего начать, девочка подошла к столу и дунула на книги, старая смахнуть с них хоть немного грязи. В носу зачесалось, воздух наполнился затхлым вкусом пыли.
Коробка за коробкой, Лиля перебирала старые вещи. Некоторые безжалостно отправлялись в большую корзину для мусора, остальные же аккуратно протирались тряпочкой и занимали свое почетное место на чердаке. Девочка перебрала уже, наверное, сотню книг. Иногда попадались большие тяжелые, с кожаным переплетом, а иногда тонкие детские книжки со сказками. Некоторые были на английском и французском языках. Попадалась рукописные издания. Иногда в книгах отыскивались закладки, записки и даже старые деньги. В большом черном издании Лиля обнаружила листок вырванный, по всей видимости, из дневника. Запись была датирована 25 декабря 1898 года. Почерк автора был неряшлив, по всей видимости, писали быстро, не редко сажая на желтую бумагу большие чернильные пятна.
Больше 100 лет прошло… девочка, аккуратно свернула листок, и положила в карман джинсов. Человек, писавший это уже давно умер, а кусочек его жизни остался, и сейчас, пожелтевший от времени, он покоился в старых запачканных краской штанах…

Солнце уже опустилось за горизонт, и на город опустился тяжелый зимний вечер. Снег за окном валил все такими же белыми хлопьями. Стрелка часов медленно подбиралась к отметки 21.00. Лиля уже почти закончила уборку чердака. Оставался всего лишь один угол, в котором стоял трельяж и какие то коробки со старыми вещами.
- Лилия давай на ужин – Откуда-то снизу послышался мамин голос.
- Я еще не закончила, мааам…
- Завтра закончишь, а сейчас уже поздно и холодно, а ты ко всему прочему легко одета, простудишься еще.
«Ну вот» - Буркнула про себя девочка – «Еще и на завтра развозить эту уборку, мало того, что сегодня день потеряла, так еще и завтра, а завтра…» - Лиля хлопнула себя рукой по лбу. Завтра – 26 декабря, день похода за подарками. Еще неделю назад они – лучшие подруги, Катерина и Лилия договорились на совместную прогулку по магазинам. Это одно из самых важных и интересных событий перед праздником. Все ларьки украшены мишурой, в витринах развешаны гирлянды и лежат елочные игрушки. Ходишь – как в сказке. А если завтра с утра продолжать уборку, то не мудрено всюду опоздать, к тому же зачем портить такой шикарный день?
«Закончу лучше после ужина» - Лиля ногой отодвинула ведро с грязной водой, и побежала к лестнице, ведущей в дом.
Переодевшись в чистую одежду, девочка зашла на кухню. Стол уже был накрыт. На белой скатерти стояли тарелки и расписные блюдечки. В воздухе витал запах свежеиспеченного мандаринового пирога.
После ужина Лиля, поднялась в свою комнату, находившуюся на втором этаже. Свитер и джинсы лежали на стуле. Девочка достала из кармана листок и положила его на полку со своими школьными учебниками, и книгами для чтения, что бы не потерять.
Спустя пол часа, она уже опять стояла на чердаке с ведром и тряпкой. Одевшись потеплее, Лиля решила сделать последний рывок и закончить уборку сегодня, что бы не думать о ней завтра.

Снег все падал и падал. Хрупкие снежинки медленно опускались на горячую ладонь. Тропинка к дому скрылась под белоснежной шубкой. Пушистые елки во дворе, дополняли картинку сказки. Двух этажный дом, был украшен разноцветными гирляндами, и пушистыми ветками пихты. Окна бросали на снежные сугробы блики комнатного света. Светился красным огоньком помпончик на шапке деда мороза, сделанного из серебристой фольги…
С ног до головы, замотанный большим коричневым шарфом, за оградой дома стоял неизвестный мальчишка. Он стоял, опершись руками на забор, ловил холодные снежинки ладошками и смотрел на горящие окна дома. Из под неряшливо связанной шапки торчали рыжие волосы, а кончик носа уже был красным от мороза. Мимо пронесся порыв ветра, из за деверев медленно выплыл желтый диск луны…

Лампа мерцала бледно желтым светом, отбрасывая тени на коробки с книгами и старую мебель. Положив голову на руки, Лилия спала, опершись на трехногий стол. Луна заглядывала в маленькое чердачное окошко. Стрелка часов дрожала возле цифры 3. Переплеты старинных книг, разбросанных по полу, блестели в лунном свете – таинственно, завораживающе. На чердаке стояла полная тишина, не скрипели половицы, не шуршали за окном ветки деревьев. Чашка горячего кофе, принесенная Лилей, остыла и теперь, в коричневой жидкости отражался лунный диск. Ветра не было. Полный штиль. А снег продолжал падать…

Вздрогнув, Лилия просунулась. Замерзшие пальцы машинально потянулись к холодному кофе. Сделав несколько глотков, девочка, отогнала от себя остатки сна. Её белокурые волосы блестели в свете лампы. Старый, связанный кем-то свитер уже не согревал.

«Пора спать. Глупая была это идея, прибралась бы лучше завтра, а сейчас я еще и простыну под новый год» - Лиля встала с табуретки, отодвину в сторону, оставшиеся еще не протертыми, книги, и подняла со стола кружку.

 Тишину нарушил поры ветра. Закачавшиеся деревья, бросали диковинные тени на пол. Невольно девочка вообразила себе сказочных монстров. В области груди пробежал не приятный холодок. Лиля направилась к двери, на старом чердаке было уже не так то приятно находиться. Тени плясали на дощатом полу, то позволяю лунному лучику проникать в комнату, то полностью изолируя его. Новый порыв ветра… Тени-монстры дернулись, уступив свету дорогу.  Луна указала на невзрачную потрепанную книжку, с чернильными кляксами на обложке. Поколебавшись еще несколько секунд, Лиля протянула руку к книге. Пальцы ощутили сырую холодную повершность. Это была рукописная тетрадь, не очень толстая, в темной кожаной обложке. Обложка была вся исцарапана, облита чернилами, кое- где вылезали кусочки ниток.

Очень аккуратно, что бы не испортить хрупкую бумагу, девочка открыла тетрадь. Бумага была такая желтая и постаревшая, как и все вокруг. Лиле понадобилось несколько чекунд, что бы понять - перед ней избитый временем дневник. Первая записать в нем датировалась 5 марта 1897 года. Почерк владельца тетради был неряшлив, кое где от острого пера бумага была порвана, чернильные кляксы украшали чуть ли не каждую строку.

Умирая от любопытства, Лилия судорожно переворачивала листок за листком. Ото дня ко дню… Эти страницы содержали чью то жизнь, жизнь человека из позапрошлого века. Дневник даже пах как то по особенному, не то стариной, не то неизвестностью. Очередной порыв ветра…  

Девочка похолодела, тени поползли к ней, как бы стараясь прогнать незваную гостью со своей территории.  Дрожащими пальцами Лиля аккуратно свернула дневник и сунула в карман. Теперь ей стало казаться, что он излучается могильный холод, или же живое тепло? Через несколько секунд девочка уже спустилась по шаткой лестнице в дом. Кругом все спало, только толстый рыжий код замяукал, где- то в темном углу. Прошло еще минут 5, прежде чем девочка, положила голову на мягкую подушку и закрыла глаза.

Утро выдалось на редкость морозным. Когда Лиля разлепила глаза, время уже перевалилось за полдень.

«Не удивительно, что я так долго спала, ночка выдалась не из спокойных» - Лиля рывком скинула с себя одеяло. Окна покрылись ледяными узорами, через них, лениво, заглядывало в комнату яркое солнце.

Уже, спустя каких то полчаса, девочка стояла в прихожей одетая, умытая, и даже успевшая позавтракать. Через 15 минут они должны были встретиться с Катей возле большого магазина, потом по плану, обойти все ларьки и киоски, а завершить все визитом на рынок. Наспех завязав шнурки на ботинках, Лиля взяла свою черную сумку и вышла из дома.

Морозный воздух обжигал нос и горло. Потеплее закутавшись в полосатый шарф, девочка направилась к калитке, не без труда пробираясь по снегу, за ночь, завалившему тропинку.

Рыжий мальчишка дрожащими пальцами завязывал белый бантик на праздничной упаковке. Сверток из блестящей бумаги не как не хочет подчиниться бантику. Он неаккуратно топорщился со всех сторон, кое-где вылезали края бумаги. Мальчик пытался скрепить их скотчем, но ничего не получалось.

- Ну, давай я тебе помогу – Миловидная продавщица отдела с подарками, протянула руку к свертку.

- У меня не хватит денег на упаковку, я сам – Мальчик густо покраснел.

- Давай помогу, считай, что это тебе презент от меня на новый год.

Рыжий подал подарок. В ловких женских руках, бантик как влитой сел на сверток. Теперь он, аккуратно завязанный, как-то не подходил к беспорядочно завернутому сувениру.

- Спасибо – Мальчишка забрал свою покупку у продавщицы.

- Смотри Кать, какие прелестные мишки, как ты думаешь, маме понравится? – Лиля с подругой, отряхиваясь от снега, вошла в павильон.

- Лиля? – Мальчик судорожно сунул сверток себе в карман, при этом, покраснев еще сильней, чем когда ему предлагали помочь с упаковкой.

- А Митя, не ожидала тебя здесь увидеть, подарки своим покупаешь?

- Ну да, типа того – Митя немного замялся.

- Лиль ну хватит, а то не успеем сходить в отдел с шариками, я тебе хочу показать тот со снежинками, помнишь, говорила? – Катя недовольно толкала подругу локтем в бок.

- Ладно нам пора, а то еще столько дел, все и не успеем – Лилия помахала рыжему рукой, и вслед за подругой вышла из павильона.

Митя учился с Лилей и Катей в разных классах, но в одной школе, и даже в одной параллели. Хотя нынче дети пошли в 9 класс, они мало общались со своими сверстниками из школы, но Лиля знала Митю по занятиям музыкой, куда они вместе ходили уже не первый год. В школе мальчика чаше всего звали «Рыжий», из за ярких волос и веснушек, но его это ничуть не обижало.

Нахлобучив на голову шапку и спрятав сверток поглубже в карман он вышел из магазина, напоследок смущенно улыбнувшись продавщице.

Лиля вернулась домой только вечером. Прогулка по магазинам приятная и одновременно очень утомительная деятельность. Кругом столько всяких красивых и интересных вещей, а перед новым годом все вообще очень сильно преображается. Новогодние шарики, вата на елках – все создает особую атмосферу.

Уставшая от суматошного дня Лиля, скинула с себя куртку и сапоги, лениво шаркая по полу, направилась в свою комнату.

Эта была небольшая, но уютная комнатка, с одним окном, выходившим во двор. Здесь, в небольшом пространстве ютились деревянный письменный стол, мягкий пуфик, кровать с лоскутным одеялом и несколько книжных шкафов. Рыжая лампа отбрасывала бледные тени на бархатную обивку стола.

Лиля аккуратно потянула за веревочку, что бы включить свет. Где-то за окном зашуршал зимний ветер. Девочка стянула колючий шерстяной свитер и джинсы. Не смотря на морозную погоду, в комнате было тепло и уютно.

Сев на пуфик, Лиля уже было взяла книгу, которую читала вот уже неделю, но случайно брошенный вглубь комнаты, взгляд напомнил о старой тетради. Она лежала на книжном шкафу, куда девочка положила её еще вчера вечером, и манила всем своим существом.

Отложив любовный роман, Лиля взяла в руки дневник. Все такой же растрепанный и холодный, он послушно лежал в её ладонях. Лиля вновь открыла первую страницу, и опять увидела тот же неряшливый почерк и чернильные кляксы. Поудобней, усевшись с ногами на кровать, Лиля надела очки (Она не носила их, но для того, что бы прочесть записи, очки были необходимы). Что бы лучше осветить текст, лампу пришлось поставить на другой край стола. Тетрадь, наконец то, начала поддаваться. Черные закорючки стали походить на буквы, из которых аккуратно складывались слова.

 «…Я решила начать писать в эту школьную тетрадь свои мысли, чувства. Возможно, я расскажу здесь, что-то о своей жизни, своем естестве. Внимай мне и покорно храни мои тайны, я доверяю тебе свою душу…»

Лиля сняла очки. Ей стало как-то не по себе. Хозяин дневника просил его хранить тайны, никому их не выдавать, а она, обычная девчонка, хочет проникнуть в чьи то сокровенные мысли, хорошо ли это? Понравилось бы владельцу тетради? Но любопытство… Ужасно тяжело сопротивляться этому чувству.

«Кто бы ни был автор, он жил 100 лет назад, неужели сейчас его секреты имеют какую то ценность?» - С тяжелым сердцем Лиля продолжила читать.

«… Сегодня я сделаю здесь первую запись, я не знаю, что происходит со мной в настоящем, не знаю, что ждет меня в будущем, но я точно знаю, что хочу сохранить свое прошлое…

                                                         Авдотья. А.А»